Если ВИЧ+

   Жизнь с ВИЧ - это серьезное испытание для человека, и те кризисные ситуации, которые чаще всего возникают, связаны с эмоциональными потерями и глубокими негативными переживаниями. 

   А для тех из нас, кто оказался в трудной жизненной ситуации, мы предлагаем обратиться за получением консультативной помощи (кликай на ссылку)

РАЗГОВОР ПО-ДУШАМ (равный равному)

Что в получении информации о том, что ты живешь с ВИЧ, является самым сложным?

Трудно сказать что именно, потому что в первое время кажется, что сложным стало все: и вопрос о том, сколько, собственно, жить осталось, и осознание факта, что я теперь представляю потенциальную опасность для своих половых партнеров в принципе и для своего любимого человека в частности, и мысли о том, как сообщить об этой новости тому человеку, от кого произошло инфицирование, т.к. он, скорее всего, не знает о своей ВИЧ-инфекции, и дилемма - говорить или не говорить о своем диагнозе друзьям и родителям. В общем, много всяких маловеселых мыслей крутится в голове в то время.

Как часто надо посещать своего лечащего врача? Как выстраивались ваши взаимоотношения?

Главное, установить стабильный режим посещения Центра СПИД: раз в три-четыре месяца для того, чтобы взять таблетки, сдать кровь, обсудить с врачом какие-то текущие медицинские и организационные вопросы.

Какие страхи, опасения, домыслы существуют о терапии, как долго придётся пить терапию постоянно?

Существуют некоторые страхи и из-за возможных побочек и по причине привязки к приему АРВТ, но чаще всего, не могу сказать чтобы очень сильные. У всех, кто читает современные методические рекомендации по лечению ВИЧ, двух мнений по этому вопросу быть не может. Рекомендуется как можно более раннее начало АРВТ, потому что риски связанные с ВИЧ-инфекцией в этом случае намного меньше рисков, связанных с побочными эффектами АРТ.

Были ли какие то истории связанные с лечением АРВТ, когда тебе приходилось кому-то говорить о твоем лечении, к примеру кто то замечал что ты пьешь какие то таблетки и задавал вопрос, а что это ты пьешь?

Нет, не помню такого. Когда нужно было принять таблетки тайком, с этим проблем не возникало, хотя иногда для этого приходилось закрываться в ванной и запивать водой из под крана. А на каких-то вечеринках я иногда запивал таблетки тем, что было под рукой, чаще всего - алкоголем. :) Сейчас мои немногочисленные друзья знают о моем ВИЧ-диагнозе, и сами напоминают мне принять таблетки, когда мы вместе проводим время.

Что помогает тебе не пропускать приемы препаратов? Часто ли происходит когда ты забываешь выпить свои таблетки?

Я с самого начала знал важность и необходимость соблюдения режима приема таблеток. Для начала я купил себе часы с двойным будильником, и пользовался ими для напоминаний. Примерно через год у меня настроился и стал работать внутренний таймер, который практически в любой ситуации стабильно срабатывал и напоминал мне о необходимости принять таблетки. Только изредка я допускал опоздания на 1-3 часа, и совсем уж редко случались пропуски, наверное, не чаще раза в год. Хотя сейчас даже таких редких пропусков у меня нет.

Что ты думаешь о таком методе который сейчас активно продвигается активистами на западе: «Лечение как профилактика». Суть, которого заключается в том что тем кто узнают о ВИЧ статусе практически сразу предлагается лечение?

На самом деле такая тактика преследует не только профилактические, но и лечебные цели. Именно поэтому по принятым рекомендациям в США порог для начала АРВТ - 500 CD4, а ВОЗовский порог в 350, скорее всего, в ближайшем времени тоже будет пересмотрен в сторону более раннего начала АРТ.

Чтобы ты мог посоветовать или пожелать тем, кто только готовится пить терапию?

Пожелания и советы просты, и они являются краткими тезисами всего выше написанного:

1. Нужно осознавать важность и необходимость начала АРТ. Не нужно откладывать это решение до последнего момента. Поздно начатая терапия уже может не дать нужного эффекта. Кроме того, при низких значениях CD4 сильно повышается риск развития оппортунистических инфекций на фоне иммунодефицита. Современная АРТ - это реальный способ жить с ВИЧ-инфекцией долго и хорошо. Кроме того, прием АРТ сильно снижает риск инфицирования половых партнеров. Презерватив - надежная защита, но иногда и он подводит.

2. Нужно осознавать важность соблюдения режима приема АРТ: принимать препараты без пропусков и сильных опозданий. В общем случае лучше вообще не принимать АРТ, чем делать это с пропусками, т.к. резистентность - это одна из основных проблем на пути долговременной эффективности АРТ. Возможности для замены препаратов в случае развития резистентности, как правило, имеются, но это сопряжено со многими сложностями, и этого лучше избегать как можно дольше. Но, в тоже время, не нужно совсем уж жестко с точностью до минуты привязывать себя ко времени приема таблеток. Само по себе это неплохо, т.к. дисциплинирует, особенно поначалу, но большинство современных препаратов вполне допускают неточность в приеме ½-1 час.

3. Не нужно бояться побочных эффектов. В подавляющем большинстве случаев они быстро проходят и не доставляют никаких особых проблем. Мой негативный опыт - скорее исключение, чем правило. И не нужно бояться быть настойчивым, если все-таки наблюдаются какие-то мешающие нормальной жизни побочный эффекты.

Если ты не можешь рассказать свою боль друзьям и родным, есть психологи, психотерапевты, равные консультанты. Обращайтесь, будем решать ваши вопросы вместе.

«Обычный ребёнок»:
Как живут дети
и подростки
с ВИЧ в России

СЕГОДНЯ О ВИЧ ИЗВЕСТНО ГОРАЗДО БОЛЬШЕ, чем даже двадцать лет назад, и эти знания помогают контролировать ситуацию. Например, что есть несколько путей передачи вируса: половой - при незащищённом сексе, парентеральный - через кровь и вертикальный - от матери ребёнку во время беременности, родов или грудного вскармливания. Известно и что опасность заразить другого человека существует, только когда люди, живущие с ВИЧ, не принимают антиретровирусную терапию или она по какой-то причине неэффективна. АРВ-терапия - это медицинские препараты, препятствующие размножению вируса в организме: благодаря им болезнь не прогрессирует, иммунная система восстанавливается и человек с ВИЧ, если у него низкая вирусная нагрузка, не может передать вирус другому. Благодаря терапии заболевание перешло из разряда смертельных в разряд хронических.

По данным ЮНИСЕФ более трёх миллионов людей с ВИЧ - это дети и подростки младше двадцати лет.

Многие считают, что ВИЧ-инфекции подвержены только люди определённых «групп риска». О детях и подростках с ВИЧ говорят ещё меньше. Некоторые и вовсе считают, что женщинам с ВИЧ нельзя рожать, или предлагают отправлять детей с ВИЧ в специализированный детский сад. Некоторые готовы разрешить своему ребёнку общаться с ВИЧ-положительным другом, но только под присмотром. И если проблему медицинской терапии активно пытаются решать, то проблема стигматизации так и остаётся открытой.

По данным ВОЗ, если женщина с ВИЧ не принимает АРВ-терапию, риск передачи ВИЧ-инфекции по вертикали - от матери ребёнку - составляет от 15 до 45 %. Женщины поступают так по разным причинам: например, если просто не знают о своём статусе и статусе половых партнёров или отказываются от лечения. К сожалению, и среди беременных тоже есть ВИЧ-отрицатели.

Уровень вирусной нагрузки (то есть количество вируса в крови) в период родов у таких пациенток повышен настолько, что передача вируса ребёнку одинаково возможна во время вагинальных родов, кесарева сечения и при грудном вскармливании. Если принимать терапию, картина радикально меняется: шансы появления на свет ребёнка без ВИЧ растут, а передачу инфекции от матери к ребёнку удаётся предотвратить практически полностью. Несмотря на то что лекарства не дают вирусу проникнуть в грудное молоко, абсолютное большинство женщин с ВИЧ, придерживающихся терапии, отказывается от грудного вскармливания в пользу смесей. Никто не хочет рисковать, даже когда вирусная нагрузка в крови не определяется (то есть в миллилитре крови обнаруживается менее 40 копий вирусных частиц - это значит, что риск передачи вируса сводится к нулю).

Если взрослый с ВИЧ получает лечение минимум два месяца и его вирусная нагрузка не определяется, он не может передать вирус другому. Ведение беременности в таком случае не отличается от ведения беременности у женщин с отрицательным ВИЧ-статусом. «Единственное исключение - после рождения ребёнок будет получать один антиретровирусный препарат для профилактики».

Всем младенцам, родившимся у родителей с ВИЧ, назначают профилактику, даже если взрослые принимают необходимые лекарства.

От матери с положительным ВИЧ-статусом ребёнок получает антитела к ВИЧ (белки, которые вырабатываются иммунной системой в ответ на инфекцию). Эти антитела могут исчезнуть примерно к полутора годам - до этого возраста таких детей называют ВИЧ-контактными и их специально наблюдают врачи-педиатры СПИД-центра. Если антитела исчезают, ребёнка снимают с учёта. А если, несмотря на АРВ-терапию, организм начинает вырабатывать собственные антитела, диагноз подтверждается. В этом случае специалисты центра продолжают наблюдать за пациентом, составляют подходящую схему терапии и корректируют её, если возникают побочные эффекты.

Дети с отрицательным статусом могут появиться и в дискордантных парах (где у одного партнёра есть ВИЧ, а у второго нет), и в парах, где диагноз есть у обоих родителей.

Специалисты Центра СПИД знают большое количество семей, где живут и воспитываются дети и подростки, рождённые с ВИЧ. Это самые обычные дети, у которых есть хроническое заболевание. И, как и любые дети, которым нужно всю жизнь принимать лечение, они тоже иногда не хотят пить сироп или таблетки. Но если в семье приём таблеток проходит как привычная рутина, вроде чистки зубов, то ребёнок спокойно следует этому ритуалу.

По примерным оценкам ЮНИСЕФ, если ситуация с диагностикой и лечением ВИЧ не изменится, с 2018 по 2030 год 360 тысяч подростков погибнут от заболеваний, вызванных СПИДом.

Если за детьми, рождающимися с ВИЧ, врачи наблюдают с первого дня жизни, то, например, с подростками, получившими ВИЧ половым путём, всё сложнее: как и взрослые люди, они могут долгое время не сдавать анализ и не знать о своём диагнозе.

Неприверженность к терапии - одна из самых важных проблем ВИЧ-положительных подростков. Лечение ребята получают с рождения. Часто годам к четырнадцати-шестнадцати они устают от приёма лекарств. А если родители не рассказали, зачем их принимать, ребёнок втайне от взрослых отказывается от терапии. Объяснить ребёнку, не знающему о своём диагнозе, важность ежедневного приёма сиропов и капсул сложно. Решающую роль играет отношение родителей и близких взрослых ВИЧ-положительного ребёнка. Они должны следить, чтобы сын или дочь принимал все назначенные препараты, не задерживаясь больше чем на три-четыре часа. В противном случае может развиться резистентность, то есть устойчивость вируса к лекарствам; эффективность терапии снижается, и вирус вновь начинает размножаться. В таких случаях врачи вынуждены менять схему лечения, но есть нюансы: препараты для взрослых и детей различаются, к тому же вариантов лекарств и, соответственно, схем лечения для детей меньше. Поэтому каждый отказ от лечения, а за ним и смена его схемы - это реальная угроза здоровью и жизни.

Мы должны действовать не устрашающе, как иногда это делают врачи или родители («Не будешь пить лекарства - умрёшь!»), а рассказывать о вирусе доступным для ребёнка языком. Если подростку не объяснить, зачем ему каждый день в одно и то же время пить таблетки, несмотря на то что он не чувствует боли и каких-либо симптомов болезни, то мы можем его потерять.

Но помимо самой терапии и приверженности ей, перед родителями встаёт и другой глобальный вопрос - как поговорить с ребёнком о ВИЧ и рассказать о диагнозе. С одной стороны, обсуждать это с самого рождения невозможно. С другой стороны, бесконечно давать таблетки, не объясняя, с чем борется лекарство, невозможно. Примерно к пяти годам ребёнок, родившийся с ВИЧ, уже понимает, что чем-то болен - и начинает задавать вопросы.

Грамотный в вопросах ВИЧ взрослый помогает ребёнку понять, в чём опасность вируса и как привычка лечиться помогает человеку сохранить жизнь. Молчание приводит не только к дискриминации, но и к самостигматизации - когда ребёнок чувствует, что с ним «что-то не так», и начинает из-за этого переживать. Из-за негативного отношения окружающих у него может упасть самооценка - а это, в свою очередь, часто приводит к отказу от терапии.

Если дома ребёнку помогают спокойно относиться к диагнозу, и он чувствует себя в безопасности, то вне его, например, в детских учреждениях, может сложиться совсем другая картина. ВИЧ у многих по-прежнему вызывает страх, и дети, которым поставили этот диагноз, тоже не свободны от стигмы. В подростковом возрасте отношения между детьми становятся сложнее. Коллектив подростков, будь то старшая школа, вуз или любое другое сообщество, - благодатная почва для буллинга. Для травли не нужны причины, но хроническое заболевание, окружённое ореолом страха и мифов, может стать «лёгким» поводом для неё - и тогда человеку может быть ещё сложнее сохранить мир с враждебно настроенным окружением. Специалисты Республиканской клинической инфекционной больницы в Усть-Ижоре подтверждают, что ВИЧ не передаётся через укусы, царапины или съеденный на двоих леденец (хотя делиться едой всё-таки не стоит - но во избежание ротавирусных и других инфекций, а не ВИЧ).

Некоторые родители детей с ВИЧ в принципе не отдают их в детский сад или спортивную секцию, боясь, что статус ребёнка станет известен всем. По закону (статья 17 Федерального закона № 38), детей с ВИЧ обязаны принимать в дошкольные и школьные учреждения: дети, принимающие терапию, не могут заразить других. Кроме того, за раскрытие чужого ВИЧ-статуса полагается уголовная ответственность и денежный штраф (ст. 137 ч. 1 УК РФ «Распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия»). Так что в теории родители могут сохранить диагноз ребёнка в тайне, а окружающие узнать о наличии у него ВИЧ от кого-либо, кроме родителей или опекунов, не должны.

Неудивительно сегодня прожить комфортную жизнь с ВИЧ реально, при условии, что человек внимательно относится к диагнозу. Терапия сохраняет и продлевает жизнь на неопределённо долгий срок: по оценкам экспертов, примерно до 78 лет. Но важно быть приверженным терапии, то есть регулярно и своевременно принимать лекарства на протяжении всей жизни. Привычка должна закладываться в детстве - но это не всегда просто.

Подростки и ВИЧ

«Моя мама была ВИЧ-положительной и лекарства не принимала. Она умерла от рака, когда мне было четыре года. Нельзя сказать точно, что ВИЧ спровоцировал рак, но теоретически такое возможно», - рассказывает семнадцатилетняя Лариса из Находки. О собственном диагнозе она узнала, когда ей было одиннадцать: «До этого я уже несколько лет принимала терапию, но не задавалась вопросом зачем: говорили - делала. Сейчас я живу «с открытым лицом», потому что думаю, что в борьбе с любой стигматизацией и дискриминацией важны активное просвещение, активизм. Мне важно заявлять о себе».

Яна, приёмная мать ребёнка с ВИЧ, не чувствует, что её жизнь чем-то отличается от жизни любого другого родителя - разве что есть дополнительные ритуалы, связанные с лечением. Они с мужем быстро привыкли, что ребёнку надо давать лекарство дважды в день: завели будильник в телефоне на восемь утра и восемь вечера. Если куда-то едут, то в сумку, кроме обычных вещей, кладут бутылочки с лекарством. «Наш ребёнок ходит в обычную школу и посещает дополнительные занятия. Как и другие дети, любит играть, баловаться, радоваться жизни. Да, ей нужно дать вовремя лекарство, каждые три месяца посещать врача, получать АРВТ и сдавать кровь на анализы. В остальном это самый обычный ребёнок». Яна говорит, что отказы от терапии у дочери бывали: «Пить лекарства два раза в день из года в год почти с самого рождения сложно. Иногда дочка капризничает. Тогда я объясняю, что у неё внутри живут вирусы, а лекарство не даёт им расти и отбирать силы. Она всё понимает».

Алисе о диагнозе рассказала мачеха: «Она объяснила, что у меня ВИЧ и эти таблетки мне нужно пить всю жизнь. Слово «ВИЧ» мне мало что говорило, и я уже привыкла принимать АРВ-терапию, так что отреагировала спокойно, и озвученный диагноз был для меня не особо значимым моментом. Я всё так же принимала АРВТ, ездила в СПИД-центр во Владивосток, сдавала анализы. Диагноз ещё годы не влиял на мою жизнь. И только когда мне приходилось принимать терапию вне дома, я всегда либо пыталась сделать это незаметно, либо говорила, что это таблетки от боли в желудке и что-то подобное. Боялась, что узнают». Чаще всего люди понятия не имеют, что такое ВИЧ и как он передаётся. У меня сложилось впечатление, что взрослые думают о ВИЧ примерно так: «Этим болеют только наркопотребители и секс-работницы, меня это не коснётся. А если ты инфицирован, то с тобой нельзя есть из одной тарелки». Ребята моего возраста просто об этом не задумываются - они не смотрят на мир сквозь призму стереотипов, порождённых страшными представлениями о ВИЧ и СПИДе из девяностых». О статусе Алисы до слёта ВИЧ-положительных подростков знали только близкие родственники и пара друзей. Остальным друзьям она всё рассказала уже после мероприятия: «Они поддержали меня и с удовольствием послушали мою лекцию о ВИЧ. Негативных реакций в моём инстаграме я тоже не встречала, у меня толерантная аудитория». Алиса рассказывает, что у неё есть знакомые из детских домов - бывшие и настоящие их воспитанники. «Там диагноз никак не скрыть, и его гласность становится огромным поводом для издёвок и обзывательств», - говорит она.

Марина. Чаще всего люди понятия не имеют, что такое ВИЧ и как он передаётся. У меня сложилось впечатление, что взрослые думают о ВИЧ примерно так: «Этим болеют только наркопотребители и секс-работницы, меня это не коснётся. А если ты инфицирован, то с тобой нельзя есть из одной тарелки». Ребята моего возраста просто об этом не задумываются - они не смотрят на мир сквозь призму стереотипов, порождённых страшными представлениями о ВИЧ и СПИДе из девяностых».

Восемнадцатилетняя Злата переехала в Петербург из Новосибирска. Она признаётся, что когда-то тоже не хотела продолжать терапию: «У меня был тяжёлый период, я раздумывала о том, чтобы покончить с собой. И отказалась от приёма лекарств. Но через неделю всё наладилось, я решила повременить с суицидом и возобновила приём АРВ-терапии». Злата получила вирус не от матери, а от партнёра. О диагнозе узнала случайно, когда ей было шестнадцать лет: пока ждала подругу у метро, зашла в специальный автобус, где можно было анонимно и бесплатно сдать тест на ВИЧ. «Здоровье у меня было не очень: опоясывающий лишай, постоянные простуды, проблемы с желудком. Но я и подумать не могла, что всё это может быть связано с ВИЧ. Когда сдала анализ и через десять минут получила результат, я не была напугана или в замешательстве. Отреагировала спокойно, ВИЧ и ВИЧ. Мы обменялись контактами с равным консультантом (ВИЧ-положительный взрослый, который прошёл обучение и на личном примере помогает другим людям, живущим с ВИЧ, принять диагноз и сохранять приверженность к лечению всю жизнь) и пошли с подругой гулять. Правда, в этот день я всё же решила не идти на тренировку, а поехать домой, погуглить и подумать, что делать».

Злата рассказывает, что мама долго пыталась убедить её, что ВИЧ не существует: «Это меня очень забавляло. Я ей показала более убедительные доказательства, и через какое-то время она поверила и приняла».

Первым, кому Злата рассказала о своём статусе, был её молодой человек: «Его реакция меня сильно расстроила и испугала. Я была в ступоре и не могла даже заплакать, пока он орал. Говорил, что если у него тоже ВИЧ, то нам надо поехать на войну умирать. Что я виновата, если его отчислят из меда (он тогда учился на хирурга). Что я загубила ему жизнь и лучше бы он меня вообще не встречал. Потом он не хотел обнимать меня и спать со мной рядом. Мы разъехались через неделю. Потом он сдал тест - результат был отрицательным. После него я встречалась с девушкой. Ей я сказала о статусе почти сразу после знакомства, она отреагировала спокойно».

В жизни Златы был и ещё один случай, когда окружающие резко негативно отреагировали на диагноз: «Я рассказала одногруппникам, почему меня не было неделю и в какой больнице я лежала. После этого рядом со мной никто не садился. Это забавно. Вообще, о ВИЧ я крайне редко заговариваю специально. Обычно это происходит, когда кто-то видит, что я пью таблетки или настоятельно прошу предохраняться».

Несмотря на возможный негатив, Злата, как и Алиса, живёт, не скрывая статус: «Я не молчу о том, что у меня ВИЧ, потому что для меня это не проблема, а просто болезнь, которую надо лечить. Чем чаще я говорю об этом, тем больше людей перестают бояться». Злате важно общаться и с другими людьми, у которых стоит тот же диагноз, что и у неё. Она хочет стать равным консультантом, чтобы помогать людям, живущим с ВИЧ, принимать свой статус, «поддерживать, когда их партнёр или партнёрша не могут принять это, помочь объяснять другим, что ВИЧ - это не конец света».

Что такое "люди, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации"

Жизнь с ВИЧ - это серьезное испытание для человека, и те кризисные ситуации, которые чаще всего возникают, связаны с эмоциональными потерями и глубокими негативными переживаниями. На нашем сайте мы более подробно рассматриваем эту тему. Так что, заходите, читайте по ссылке https://tsentr-spid-primorya.webnode.ru.

А для тех из нас, кто оказался в трудной жизненной ситуации, мы предлагаем обратиться за получением консультативной помощи (кликай на кнопку) 

Психосоциальные проблемы людей, живущих с ВИЧ. Люди, живущие с ВИЧ, сталкиваются с рядом специфических психосоциальных проблем. Назовем основные из них.

 Эмоциональные проблемы:

- чувство тревоги, подавленности (вплоть до депрессии);

- потеря уверенности в будущем;

- недостаток взаимопонимания в семье;

- одиночество;

- чувство обиды и разочарования;

- потеря контроля над собой;

- чувство своей вины или, напротив, необоснованные обвинения окружающих;

- чувство беспомощности;

- страх смерти и социального отвержения.

Проблемы, связанные с повышенной социальной уязвимостью:

- угроза потери работы или безработицы;

- временное ограничение или потеря трудоспособности;

- отсутствие социальной поддержки со стороны семьи и лиц ближайшего окружения;

- возросшие расходы на лечение на фоне отсутствия или недостаточности социальных пособий;

- проблемы, связанные с возможной дискриминацией (неформального административного и явного психологического давления) формального и неформального социального статуса. 

 Вопросы сексуального поведения:

- страх (часто преувеличенный) заразить любимого человека;

- опасения разрыва отношений в случае раскрытия своего ВИЧ-положительного статуса и т.п.

Семейные и социальные проблемы ВИЧ-положительных людей. Одной из наиболее серьезных является проблема раскрытия ВИЧ-статуса перед родными и близкими, другими значимыми людьми. Из-за этого часто происходит осложнение супружеских отношений (возникает атмосфера взаимного недоверия, внутрисемейные конфликты, угроза распада семьи). Сокрытие одним из супругов своего ВИЧ-статуса вносит в семейные отношения оттенок недосказанности, напряженности, подозрительности. В конечном счете, «запоздалое разоблачение тайны» еще более утяжеляет внутрисемейный конфликт. Чувство одиночества ВИЧ-положительных людей нередко усугубляется изоляцией в то время, когда им особенно необходимо взаимопонимание и возможность поговорить с кем-то о своих страхах и одиночестве. Могут осложниться отношения с друзьями и коллегами из-за предвосхищения (как правило, преувеличенного) предстоящего отвержения, отказа в поддержке и т.п.

Социальные проблемы женщин, живущих с ВИЧ. Для женщины важно, что подумают о ней окружающие, как будут восприняты ее объяснения по поводу того, как она получила инфекцию. Женщины чаще страшатся расставаний, беспокоятся о том, что они не смогут в должной мере ухаживать за детьми, престарелыми родителями. Знание этих психологических особенностей помогает социальным работникам грамотно построить беседу с женщинами, имеющими ВИЧ-положительный статус, и проанализировать их социальные проблемы для последующей разработки программы социальной помощи. Практика показывает, что у многих женщин с ВИЧ беременность протекает без существенных последствий, дети благодаря проведенной комплексной профилактике рождаются здоровыми. Многие ВИЧ-положительные женщины в настоящее время воспитывают здоровых детей.

Проблемы, связанные со стигматизацией и дискриминацией. Стигматизация (предвзятое отношение) - сложный процесс социальнопсихологического межличностного взаимодействия, который ведет к отвержению лиц с определенными нежелательными признаками. Стигма - это свойство, рассматриваемое как порочащее, неуместное, отличающее человека от социально определяемой нормы. В случае инфекции ВИЧ таким свойством или признаком является ВИЧ-положительный статус. Неосведомленность о путях развития ВИЧ-инфекции привела к появлению в обществе предубеждений по отношению к инфицированным людям. Отсутствие медицинского просвещения по поводу передачи и клинических проявлений инфекции ВИЧ, представление о том, что СПИД во всех случаях - закономерный результат аморального и антисоциального поведения, спровоцировали ситуацию, когда ВИЧ-положительный статус стал для человека своего рода социальным клеймом. Проявления стигматизации и дискриминации отмечаются даже в странах с высоким уровнем распространенности ВИЧ. Вследствие этого люди неохотно сообщают окружающим, в том числе социальным работникам, о своем ВИЧ-статусе, усиливая таким образом собственную изоляцию. 

Создано с помощью Webnode
Создайте свой сайт бесплатно!